Александр Майсурян: 70 ЛЕТ НАЗАД. ОБ ОДНОЙ ЗАГАДКЕ АВГУСТОВСКОЙ СЕССИИ ВАСХНИЛ-1948

Разное

Выступает академик Т. Д. Лысенко

31 июля – 7 августа 1948 года, 70 лет назад, прошла знаменитая августовская сессия ВАСХНИЛ. Поскольку почти все мои родственники были биологами, и вдобавок – противниками академика Лысенко, то неудивительно, что вид толстого тома со стенограммой этой сессии с детства был привычен мне на книжной полке. Когда мне было лет 12-13, я впервые взял его в руки и не без любопытства пролистал. И надо сказать, это было довольно занятное чтение! Настоящие парламентские дебаты, да и только.

“Формальные генетики” язвительно, едко и довольно остроумно высмеивали “мичуринское учение”, а мичуринцы во главе с Трофимом Денисовичем Лысенко тоже не оставались в долгу. Чтобы никто не подумал, что я преувеличиваю, вот типичные отрывки оттуда:

П.М. Жуковский. До того вы дошли в неуважении к менделистам-морганистам, что мне преподнесли в подарок две свои работы, но воздержались написать «Уважаемому Жуковскому», а написали «Академику Жуковскому». (Смех.)
С.С. Перов. Это я всем так написал.
П.М. Жуковский. Сомневаюсь.
Пошлите, академик Лысенко, в тропическую зону земного шара кого-либо из сотрудников, и пусть он там воспитает бананы таким образом, чтобы они давали семена. Все вы бананы любите, они ценны тем, что они бессемянны.”

П.М. Жуковский. Трофим Денисович! Вы никогда не употребляете термин «мутация», вы его не признаете. А мы это признаем… Дошло до того, что как только произносят слово «мутация» или «хромосома», то это пугает очень многих. Не помню, у кого-то была изображена девица, которая краснела при виде жареного каплуна. (Смех.) Как скажут слово «хромосомы», то также некоторые краснеют. (Смех, в зале оживление.)
Голос с места. Мужчины!
П.М. Жуковский. Никогда не употребляются нашими оппонентами такие понятия, как витамины, гормоны, вирусы. Я мог бы посоветовать не вам, Трофим Денисович, ваш авторитет достаточно высок, а вашим последователям учиться, ибо учение свет, а неучение – тьма. (Смех, аплодисменты.)
Т.Д. Лысенко. А вы к себе это относите?
П.М. Жуковский. Я всё время учусь.
Т.Д. Лысенко. Слабо учитесь!
П.М. Жуковский. Если бы вы знали мой быт, вы бы знали, что я много и ежедневно учусь…
С.С. Перов. Вы только смотрите в книгу!”

Ну, и так далее, в таком же духе, под смешки то одной, то другой стороны идёт непринуждённая пикировка между двумя направлениями. Царит атмосфера свободного “скрещивания рапир”, как выразился тот же Жуковский. И вот в последний день сессии, 7 августа… вдруг происходит нечто совершенно непредвиденное и, на первый взгляд, загадочное.


Т. Д. Лысенко (слева – с “ветвистой пшеницей”)


Иллюстрации Бориса Ефимова к статье “Мухолюбы-человеконенавистники” из журнала “Огонёк” (1948 год). На карикатуре вверху человек держит в руке пробирку с мухами-дрозофилами. Слева внизу на знамени с изображением доллара написано “Знамя чистой науки”


Карикатура на генетиков “Кабинетная флора”. Журнал “Крокодил”, 30 августа 1948 года. Мужчина, изображённый слева — соратник Т. Д. Лысенко Исаак Презент. Он говорит: “Из-за этих комнатных растений, профессор, вам не видно мичуринского сада!”


Карикатура на генетиков. Журнал “Крокодил”, 20 сентября 1948 года


Карикатура на генетиков “Мушиная возня”. “Единственная новая порода “продуктивного скота”, выведенная вейсманистами”. Журнал “Крокодил”, 30 октября 1948 года

На трибуну поднимаются генетики (не все, правда, а только некоторые) и, так и чувствуется, дрогнувшими голосами один за другим признаются, как они потрясены, ошеломлены, сбиты с ног и признают себя побеждёнными в дискуссии. Что же заставило их изменить свою точку зрения? Они говорят про какое-то открытое письмо, появившееся в этот день утром в “Правде” – письмо Юрия Андреевича Жданова. Но, правда, нет, это, конечно, не оно их убедило, а весь ход научной дискуссии…

Но кто такой Юрий Андреевич Жданов (1919—2006)? Это не кто иной, как сын члена Политбюро Андрея Жданова (на момент сессии его отец был ещё жив, он умер в конце того же августа 1948-го). Будущий зять самого Сталина! Заведующий Сектором науки в ЦК ВКП(б)! И ещё – тоже сторонник и главный покровитель “вейсманизма-морганизма”. Жданов-младший для “формальных генетиков” был, выражаясь современным языком, их “лобби” в правительстве. И конечно, они старались каждый свой серьёзный шаг сверять с ним. Но почему же он не участвовал в самой сессии? А потом вдруг выступил в “Правде” с каким-то открытым письмом, которое своей неожиданностью буквально вышибло его коллег из седла? Честно говоря, я даже не знаю, освещался ли этот вопрос в специальной научной литературе о сессии. Могу только пересказать то, что я слышал от своих родных, которые наблюдали эту ситуацию, так сказать, в непосредственной близости.
А случилось вот что: имела места банальная парламентская провокация. Говорят, что Юрий Андреевич появился на сессии в первый день. Разумеется, вокруг него немедленно собрались генетики и стали дотошно спрашивать, что он думает о происходящем, чего можно ждать и как им следует себя вести. Жданов махнул рукой и пренебрежительно сказал:
– Всё это пустая говорильня! Я уезжаю на дачу.
И – уехал. Ведь на дворе был роскошный месяц август… Генетики облегчённо выдохнули и сделали вывод: будет привычный взаимный обмен словесными громами и молниями между двумя научными школами, да и всё, без особых последствий. И вели себя поэтому соответственно, раскованно и непринуждённо. И вдруг, в последний день сессии, раскрыв “Правду”, они обнаружили открытое письмо главы своего “правительственного лобби”, Ю. А. Жданова, в котором он полностью признавал правоту Т. Д. Лысенко и “мичуринцев”.
Это был для них удар ниже пояса, хотя в практике парламентской и политической борьбы – самая обычная вещь. Чтобы оппоненты не затаились и не замолчали, а наоборот, раскрылись и подставились, надо их сперва побудить говорить, выманить на свет божий. “Пусть расцветают сто цветов, пусть соперничают сто школ”. Что и было сделано успокаивающими словами Жданова… Ну, а потом выложить непобиваемый козырь – покаянное письмо того же самого Жданова.

Зная эти обстоятельства, перечтём заявления генетиков в последний день сессии:”Академик П.М. Жуковский. Товарищи, вчера поздно вечером я решил выступить с настоящим заявлением. Говорю вчера поздно вечером намеренно, потому что я не знал о том, что сегодня в «Правде» появится письмо тов. Ю. Жданова и никакой связи, поэтому, между настоящим моим заявлением и письмом товарища Ю. Жданова нет. Думаю, что заместитель министра сельского хозяйства Лобанов может это подтвердить, так как вечером я по телефону просил его разрешить мне сделать сегодня на сессии заявление… Я признаю, что занимал неправильную позицию. Вчерашняя замечательная речь академика Лобанова, его фраза, прямо адресованная мне. «Нам с Вами не по пути», – а я считаю П.П. Лобанова крупным государственным деятелем, – эти слова сильно меня взволновали. Его речь повергла меня в смятение. Бессонная ночь помогла мне обдумать моё поведение… Пусть прошлое, которое разделяло нас с Т.Д. Лысенко (правда, не всегда), уйдёт в забвение. Поверьте тому, что я сегодня делаю партийный шаг и выступаю, как истинный член партии, т.е. честно. (Аплодисменты.)”

С.И. Алиханян. Товарищи, я попросил слово у председателя не потому, что сегодня прочёл в «Правде» заявление Юрия Андреевича Жданова. Я решил сделать заявление ещё вчера, и заместитель министра сельского хозяйства П.П. Лобанов может подтвердить, что об этом у меня был с ним разговор ещё вчера, 6 августа… Я обращаюсь здесь к своим единомышленникам…

H.Г. Беленький. Бывшим или настоящим?
С.И. Алиханян. И к бывшим и к настоящим. Речь идёт о борьбе двух миров, борьбе двух мировоззрений, и нам нечего цепляться за старые положения, которые преподносились нам нашими учителями… Я верил нашей партии, нашей идеологии, когда шёл в бой со своими солдатами. И сегодня я искренно верю, что, как учёный, я поступаю честно и правдиво и иду с партией, со своей страной… С завтрашнего дня я не только сам стану всю свою научную деятельность освобождать от старых реакционных вейсманистско-морганистских взглядов, но и всех своих учеников и товарищей стану переделывать, переламывать. Нельзя скрывать, что это будет чрезвычайно трудным и мучительным процессом. Может быть, многие этого не поймут; ну что ж, ничего не поделаешь, тогда они не с нами.”Так выступили, повторяю, не все участвовавшие в сессии генетики (кое-кто предпочёл исключение из партии признанию своих ошибок), да и те, что выступили, позднее вернулись на прежние позиции. Не исключая и самого Ю. А. Жданова, который до самой своей смерти в 2006 году выступал едва ли не как “герой борьбы за генетику”. Хотя мнимые “гонения” не помешали ему годом позже стать зятем Сталина, и вообще продолжать свою карьеру…
Вот такой ловкий и вполне удавшийся политический приём является ключом к пониманию того, что произошло на этой сессии. Такая хитрая “парламентская провокация” 1948 года…
___________

Добавить комментарий