О ПЕРВЫХ ДЕКРЕТАХ СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ

Выбор редакции

В чём философский и политический смысл первых законов Советской власти? Для чего они понадобились и не были ли они «калькой» с многочисленных и пустых законов Временного правительства?

Давайте разберёмся.

В октябре 1917 года началась новая история человечества – в одной большой стране закончилась эпоха частной собственности и эксплуатации и началась эпоха пролетарской диктатуры. Какие главнейшие задачи, задачи мирового масштаба, сразу же встали перед Советской властью?

Во-первых, было необходимо всеми наличными силами и средствами защитить и укрепить диктатуру пролетариата в революционной России с тем, чтобы можно было использовать страну как базу, как опорный пункт для уничтожения капитализма во всех других странах, во всяком случае, в соседних и более-менее близких. Поскольку цепь мирового империализма была прорвана, постольку революция должна была выйти за рамки одного государства и охватить целые континенты. Такой перспективе благоприятствовало расположение основных сил революции, а именно: свершившаяся, фактическая диктатура пролетариата в одной стране и революционное движение рабочих и бедных крестьян во многих европейских и азиатских странах. При этом у революционного движения рабочего класса создались свои резервы: в развитых капиталистических государствах такими резервами были полупролетарии и масса мелкого крестьянства; в колониях, полуколониях и зависимых странах резервом революции стали национально-освободительные движения народов этих стран.

Каково было стратегическое направление, куда направлялся главный удар мировой революции в тот момент? Он был направлен на изоляцию предательских партий II Интернационала, которые разлагали и разрушали европейское и мировое революционное движение, предавали его интересы и вели соглашательскую политику с крупным капиталом и милитаристскими государственными верхушками.

После Октября общий план расположения классовых сил предполагал союз пролетарской революции с освободительным движением колоний – для массового сокрушения капитализма и с фронта, и с тыла.

Отсюда, из таких грандиозных задач партия большевиков выводила свою генеральную задачу – выполнить максимум возможного в одной стране для развития, поддержки и пробуждения революции во всех странах. Эта небывалая по масштабу задача нашла своё выражение в первых же правовых актах Советской власти – в декретах начального периода пролетарской диктатуры.

Какие первоочередные задачи были поставлены партией большевиков в первых декретах? Прежде всего, победившей партии, партии, ставшей правящей, было необходимо сформировать и закрепить государственную власть, которая проводила бы диктатуру пролетариата. С первых часов существования новому пролетарскому государству было необходимо вести борьбу за справедливый, демократический мир без аннексий и контрибуций. Надо было продолжить борьбу за землю крестьянам, за рабочий контроль над производством, за организацию по-новому всего народного хозяйства. Особой задачей было проведение ленинской национальной политики в многонациональной стране с тяжёлейшим буржуазно-царским наследием в этом деле. Перед молодой рабоче-крестьянской властью во всю ширь встал вопрос борьбы с контрреволюцией и саботажем, за установление и закрепление органов советской власти на местах – вплоть до последней деревни.

Государственную волю рабочего класса и всего трудового народа нужно было юридически оформить и выразить в конкретных документах – декретах. Ленин на II Съезде Советов даёт этим документам такую характеристику:

«У нас была полоса, когда декреты служили формой пропаганды. Над нами смеялись, говорили, что большевики не понимают, что их декретов не исполняют; вся белогвардейская пресса полна насмешек на этот счёт, но эта полоса была законной, когда большевики взяли власть и сказали рядовому крестьянину, рядовому рабочему: вот как нам хотелось бы, чтобы государство управлялось, вот декрет, попробуйте. Простому рабочему и крестьянину мы свои представления о политике сразу давали в форме декретов.

В результате было завоевание того громадного доверия, которое мы имели и имеем в народных массах. Это было время, это была полоса, которая была необходима в начале революции, без этого мы бы не стали во главе революционной волны, а стали бы плестись в хвосте. Без этого не было бы к нам доверия всех рабочих и крестьян, которые хотели построить жизнь на новых основах»[1].

Эти ленинские слова означают, что в первых декретах советской власти ясно и открыто давались основы новой, социалистической жизни – давались так, как их понимали Ленин и большевики, и как подсказывал колоссальный опыт революций, во главе которых шел пролетариат, прежде всего, Парижской коммуны и революции 1905 года.

Первым законодательным актом победившей советской власти, вышедшем 7 ноября 1917 г., было Обращение Всероссийского Съезда Советов рабочих, крестьянских и солдатских депутатов к рабочим, солдатам и крестьянам о победе Октябрьской социалистической революции и о её ближайших задачах[2]. В Обращении, в частности, говорилось:

«Опираясь на волю громадного большинства рабочих, солдат и крестьян, опираясь на совершившееся в Петрограде победоносное восстание рабочих и гарнизона, съезд берёт власть в свои руки».

После официального сообщения о том, что временное правительство низложено и большинство его членов арестовано, Обращение даёт ближайшую программу деятельности советской власти:

«…Советская власть предложит немедленный демократический мир всем народам и немедленное перемирие на всех фронтах. Она обеспечит безвозмездную передачу помещичьих, удельных и монастырских земель в распоряжение крестьянских комитетов, отстоит права солдата, проведя полную демократизацию армии, установит рабочий контроль над производством, обеспечит своевременный созыв Учредительного собрания, озаботится доставкой хлеба в города и предметов первой необходимости в деревню, обеспечит всем нациям, населяющим Россию, подлинное право на самоопределение».

Обращение называет и конкретный инструмент государственной власти, с помощью которого рабочий класс и весь трудовой народ России будут реализовывать поставленные задачи:

«Вся власть на местах переходит к советам рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, которые и должны обеспечить подлинный революционный порядок».

Но для наведения революционного порядка молодой стране очень нужен мир. Причём мир не любой ценой. Поэтому в своём докладе на Съезде Советов Ленин на первый план ставит вопрос о правильном понимании войны и мира. Он говорит:

«Мы не закрываем и не закрывали глаз на трудности. Войну нельзя кончить отказом, войну нельзя кончить на одной стороне».

Поэтому в текст Обращения сразу же вписывается особое место, адресованное солдатам действующей русской армии:

«Съезд призывает солдат в окопах к бдительности и стойкости. Съезд Советов уверен, что революционная армия сумеет защитить революцию от всяких посягательств империализма, пока новое правительство не добьётся заключения демократического мира, который оно непосредственно предложит всем народам. Новое правительство примет все меры к тому, чтобы обеспечить революционную армию всем необходимым, путём решительной политики реквизиции и обложения имущих классов, а также улучшит положение солдатских семей».

В конце Обращения рабочий класс, крестьянство и солдаты предупреждаются о широкомасштабной контрреволюции, которую организовали временное правительство и черносотенно-монархистские генералы.

Декрет о мире

Но всё же на первом плане у партии и новой власти был вопрос о скорейшем и взаимовыгодном мире со всеми воюющими странами. В этой связи ещё за несколько дней до Октябрьского вооружённого восстания (21 октября ст. ст/3 ноября н. ст.) на историческом заседании ЦК большевиков Ленину, Сталину, Свердлову была поручена работа по подготовке тезисов о войне и о власти. Так родились первые наброски первого советского декрета – Декрета о мире[3].

Сам Декрет был целиком оглашён В. И. Лениным на втором заседании II Съезда Советов в начале одиннадцатого вечера 26 октября (8 ноября) 1917 г. Декрет был единогласно принят, дополнительной редакции не потребовалось.

Одна из первых листовок с Декретом о мире. Петроград, ноябрь 1917 г.

Что дал трудящимся страны этот документ?

Прежде всего, это был ответ партии рабочего класса на тот вопрос, который со жгучей силой волновал всех трудящихся во всех воюющих государствах. Декрет ясно и прямо ставит перед всеми народами и их правительствами вопрос о немедленных переговорах о мире.

Вместе с тем декрет точно и популярно разъяснял широким массам, что такое демократический мир, почему всем народам необходим не грабительский, а именно такой, справедливый и взаимовыгодный мир, что такое аннексии и контрибуции и как советское правительство относится к войне капиталистов за захват чужих земель и во имя грабежа чужих народов. Вот что говорилось в Декрете на этот счёт:

«Справедливым или демократическим миром, которого жаждет подавляющее большинство истощённых, измученных и истерзанных войной рабочих и трудящихся классов всех воюющих стран, — миром, которого самым определённым и настойчивым образом требовали русские рабочие и крестьяне после свержения царской монархии, — таким миром правительство считает немедленный мир без аннексий и без контрибуций…

Такой мир предлагает правительство России заключить всем воюющим народам немедленно, выражая готовность сделать без малейшей оттяжки тотчас же все решительные шаги впредь до окончательного утверждения всех условий такого мира полномочными собраниями народных представителей всех стран и всех наций.

Под аннексией или захватом чужих земель правительство понимает, сообразно правовому сознанию демократии вообще и трудящихся классов в особенности, всякое присоединение к большому и сильному государству малой или слабой народности без точно, ясно и добровольно выраженного согласия и желания этой народности, независимо от того, когда это насильственное присоединение совершено, независимо также от того, насколько развитой или отсталой является насильственно удерживаемая в границах данного государства нация. Независимо, наконец, от того, в Европе или далёких заокеанских странах эта нация живёт…

Продолжать эту войну из-за того, как разделить между сильными и богатыми нациями захваченные ими слабые народности, правительство считает величайшим преступлением против человечества и торжественно заявляет свою решимость немедленно подписать условия мира, прекращающего эту войну на указанных, равно справедливых для всех без изъятия народностей, условиях».

Как видим, Декрет о мире не являлся ультиматумом в чей-либо адрес (а хотя эсеры-максималисты и меньшевики-интернационалисты предлагали именно такую формулировку документа). Советское правительство заявляло о том, что оно готово, учитывая реальную и конкретную обстановку момента, рассмотреть любые предложения и условия мира, но при этом ясно давалось понять, что оно настаивает на срочности мирных переговоров и на безусловном исключении из мирных соглашений всякой двусмысленности, «подводных камней» и всяких тайн, присущих эксплуататорской буржуазной дипломатии.

В этой связи Декрет проводит классовую позицию пролетариата в международных делах и разъясняет массам, что такое тайная дипломатия и в чьих интересах она ведётся:

«Тайную дипломатию правительство отменяет, со своей стороны, выражая твёрдое намерение вести все переговоры совершенно открыто перед всем народом, приступая немедленно к полному опубликованию тайных договоров, подтверждённых или заключённых правительством помещиков и капиталистов с февраля по 25 октября 1917 г. Всё содержание этих тайных договоров, поскольку оно направлено, как это в большинстве случаев бывало, к доставлению выгод и привилегий русским помещикам и капиталистам, к удержанию или увеличению аннексий великороссов, правительство объявляет безусловно и немедленно отменённым».

Важнейшей классово-политической особенностью Декрета о мире является то обстоятельство, что Советская власть, сделав буржуазным правительствам необходимое и формальное предложение о мире, с наибольшей силой обращалась не к ним, а к пролетариату главных воюющих государств – Англии, Франции и Германии. В своём Декрете русские большевики перечисляют революционные заслуги пролетариата каждой из этих стран: чартистское движение английских рабочих, великие революции пролетариата во Франции, героизм и классовую дисциплину рабочих на родине основателей марксизма, в Германии.

Рабочие именно этих стран, — говорилось в Декрете, — показали наибольшую роль в деле прогресса и социализма. Поэтому первое в мире рабоче-крестьянское правительство высказывало уверенность и надежду в том, что

«рабочие названных стран поймут лежащие на них теперь задачи освобождения человечества от ужасов войны и её последствий, что эти рабочие всесторонней решительной и беззаветно энергичной деятельностью своей помогут нам успешно довести до конца дело мира и вместе с тем дело освобождения  трудящихся и эксплуатируемых масс населения от всякого рабства и всякой эксплуатации».

***

В конце ноября выходит в свет логическое продолжение Декрета о мире. Совет Народных комиссаров выпускает Обращение «К народам воюющих стран»[4]. Этот документ свидетельствует, как упорно и настойчиво Советская власть боролась за немедленное установление мира – важнейший пункт своей программы. В Обращении говорилось, что Германия приняла предложение Советской России о мирных переговорах, которые должны были начаться 1 декабря 1917 г. (н. ст). В этой связи на русско-немецком фронте по обоюдному согласию сторон военные действия приостанавливались.

СНК по этому поводу заявлял:

«Решающий шаг сделан. Победоносная рабочая и крестьянская революция в России поставила вопрос о мире ребром. Период колебаний, оттяжек, канцелярских соглашений закончен. Сейчас все правительства, все партии всех воюющих стран призваны ответить категорически на вопрос: согласны ли они вместе с нами приступить 19 ноября (1 декабря) к переговорам о немедленном перемирии и всеобщем мире. Да или нет! От ответа на этот вопрос зависит, избегнут ли труженики заводов и полей новой зимней кампании со всеми её ужасами и бедствиями, или же Европа будет и дальше истекать кровью…

Рабочая и крестьянская революция уже предъявила свою программу мира. Мы опубликовали тайные договоры царя и буржуазии с союзниками и объявили эти договоры необязательными для русского народа[5]. Мы предлагаем всем народам заключить новый договор на началах соглашения и сотрудничества.

На наше предложение официальные и официозные представители правящих классов союзных стран ответили отказом признать правительство Советов и вступить с ним в соглашение о мирных переговорах. Правительство победоносной революции не нуждается в признании профессионалов капиталистической дипломатии. Но мы спрашиваем народы: выражает ли реакционная дипломатия их мысли и стремления? Согласны ли народы позволить дипломатии упустить великую возможность мира, открытую русской революцией? Ответ на эти вопросы должен быть дан сейчас же, и ответ не на словах, а на деле. Русская армия и русский народ не могут и не хотят дольше ждать. 1 декабря мы приступаем к мирным переговорам. Если союзные народы не пришлют своих представителей, мы будем вести с немцами переговоры одни. Мы хотим всеобщего мира. Но если буржуазия союзных стран вынудит нас заключить сепаратный мир, ответственность падёт целиком на неё.

Солдаты, рабочие и крестьяне Франции, Англии, Италии, Соединённых штатов, Бельгии, Сербии! 1 декабря открываются мирные переговоры. Мы ждём ваших представителей. Действуйте! Не теряйте ни одного часа! Долой зимнюю кампанию, долой войну! Да здравствует мир и братство народов!».

Такими были самые первые документы Советской власти – образцы пролетарского интернационализма, свидетельства ленинской мирной политики рабочего класса.

Декрет о земле

Вторым генеральным документом социалистического государства был Декрет о земле[6].

Декрет о земле с оглашением «Примерного наказа “О земле”» был принят на втором заседании Съезда Советов в 2 часа ночи с 26 на 27 октября (9 ноября) по докладу Ленина. «Примерный наказ», в частности, выражал рабоче-крестьянскую позицию по земельному вопросу, а именно:

«Право частной собственности на землю отменяется навсегда; земля не может быть ни продаваема, ни покупаема, ни сдаваема в аренду либо в залог, ни каким-либо другим способом отчуждаема. Вся земля: государственная, удельная, кабинетская, монастырская, церковная, посессионная, майоратная, частно-владельческая, общественная и крестьянская и т.д. отчуждается безвозмездно, обращается в народное достояние и переходит в пользование всех трудящихся на ней… Все недра земли: руда, нефть, уголь соль и т.д., а также леса и воды… переходят в исключительное пользование государства. Все мелкие реки, озёра и проч. переходят в пользование общин, при условии заведывания ими местными органами самоуправления…» (выдел. – ред. РП).

О сути Декрета о земле — этого важнейшего революционного документа новой эпохи на II Съезде Советов Ленин говорил так:

«Мы полагаем, что революция доказала и показала, насколько важно, чтобы вопрос о земле был поставлен ясно. Возникновение вооружённого восстания, второй, Октябрьской, революции ясно доказывает, что земля должна быть передана в руки крестьян. Преступление совершало то правительство, которое свергнуто, и соглашательские партии меньшевиков и эсеров, которые под разными предлогами оттягивали разрешение земельного вопроса и тем самым привели страну к разрухе и крестьянскому восстанию… Правительство рабоче-крестьянской революции в первую голову должно решить вопрос о земле, — вопрос, который может успокоить и удовлетворить огромные массы крестьянской бедноты»[7].

Что легло в основу Декрета о земле?

Его «выдумали безбожные большевики», или всё же корни этого документа – в самых насущных требованиях жизни? В основу Декрета был положен депутатский наказ, составленный на базе 242-х крестьянских наказов с мест, которые в разное время поступали в ЦК большевиков, Петросовет и другие Советы. Основываясь на воле крестьянства и учитывая интересы рабочего класса и армии, Декрет о земле объявлял, что:

«…1) Помещичья собственность на землю отменяется немедленно без всякого выкупа.

2) Помещичьи имения, равно как и все удельные, монастырские, церковные, со всем их живым и мёртвым инвентарём, усадебными постройками и всеми принадлежностями переходят в распоряжение волостных и земельных комитетов и уездных советов крестьянских депутатов впредь до Учредительного собрания.

3) Какая бы то ни было порча конфискуемого имущества, принадлежащего отныне народу, объявляется тяжким преступлением, караемым революционным судом».

Когда Декрет был опубликован, и массам стала понятна его суть, эсеры обвинили ЦК большевистской партии в плагиате: мол, земельный декрет был плагиатски списан со старого эсеровского законопроекта о земле. Таким образом эсеры рассчитывали привлечь к себе всю огромную поддержку и одобрение крестьянской массы, которая «незаконно досталась большевикам».

На этот «плач Ярославны» Ленин отвечает так:

«Не всё ли равно, кем он (Декрет о земле) составлен, но, как демократическое правительство, мы не можем обойти постановление народных низов, хотя бы мы с ним были не согласны. В огне жизни, применяя его на практике, проводя его на местах, крестьяне сами поймут, где правда… В духе ли нашем, в духе ли эсеровской программы, — не в этом суть, суть в том, чтобы крестьянство получило твёрдую уверенность в том, что помещиков в деревне больше нет, что пусть сами крестьяне решают все вопросы, пусть сами они устраивают свою жизнь».

Позднее, возвращаясь к этому вопросу ещё раз, Ленин пишет письмо в редакцию «Правды» (статья «Союз рабочих с трудящимися и эксплуатируемыми крестьянами»), в котором указывает на важнейший момент в земельных отношениях:

«При условии победы социализма (рабочий контроль над фабриками, следующая за этим экспроприация их, национализация банков, создание высшего экономического совета, регулирующего всё народное хозяйство страны), при таком условии рабочие обязаны согласиться на переходные меры, предлагаемые мелкими трудящимися и эксплуатируемыми крестьянами, если эти меры не вредят делу социализма»[8].

Надо сказать, что Декрет о земле ни единой буквой не был «узко-экономическим актом, грубо подкупающим крестьян», как его преподносит до сих пор буржуазная историография. Декрет о земле был в высшей степени политическим актом. Он мобилизовал десятки миллионов крестьян, как в тылу страны, так и на фронтах, для поддержки и защиты только что родившейся Советской власти. Декрет развязывал инициативу трудящихся крестьянских масс в деле строительства и укрепления Советской власти на селе. Абсолютным большинством российского крестьянства новая власть была признана своей.

Но декрет – декретом, но нужно было убедиться в том, как он работает на местах, правильно ли понят в массе. Для этого неделю спустя после опубликования документа СНК направляет в районы и волости специальных уполномоченных – эмиссаров.

Инструкцию для них пишет лично Ленин. В ней вождь замечает, что посылаемые эмиссары выясняют положение земельного вопроса в губернии, уезде, волости, а именно: были или нет взяты помещичьи земли на учёт? Где, в каких уездах? Кто именно распоряжается помещичьими землями – земельные комитеты или помещики? Как поступили со всевозможным инвентарём, и увеличились ли посевы у крестьян? Одновременно с этим инструкция указывала, что

«раз крестьяне получили землю, то необходимо как можно больше усилить погрузку и ускорить доставку хлеба по городам, и только таким увеличением доставки хлеба можно устранить угрозу голода».

Та же Инструкция требовала от большевиков-эмиссаров досконально выяснять на местах, какие меры намечаются и принимаются для перехода помещичьей земли в руки волостных земельных комитетов и советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, и что этому переходу мешает. Хорошо обустроенные помещичьи имения (экономии) рекомендовалось сразу же, без разделения на части, передавать на баланс совета батрацких депутатов при том условии, что вся работа этих прообразов будущих совхозов будет идти под руководством агрономов, т. е. будет научно и крупнотоварно организована.

Хотя земельный Декрет сильно всколыхнул крестьянские массы и двинул их на борьбу с помещиками, всё же новые формы собственности и власти оказались новыми и непривычными для многих крестьян. Крестьянство на местах, прочитав и усвоив Декрет, всё ещё колебалось, не веря, как говорится, своим глазам. Земля, которая веками и почти всей площадью принадлежала царям, помещикам и церкви, вдруг объявлялась собственностью тех, кто веками её обрабатывал, мечтал о ней, почти не видя её плодов. В это не верилось и многим казалось, что решения новой власти о земле – это ненадолго, это шутка, что очень скоро «опять старые хозяева вернутся и всё взад отберут». А посему – уж лучше помещичьей земли не трогать, от греха, чтобы потом за разбой не влетело…

На заседании Петроградского совета 17 ноября 1917 г. В.И. Ленин так отвечает на недоверие крестьян:

«Крестьяне отказываются верить, что вся власть принадлежит Советам, они ещё чего-то ждут от правительства, забывая, что Совет – это не частное учреждение, а государственное»[9].

Ленин напоминает крестьянам о том, что власть уже перешла к Советам, на селе она теперь в руках крестьянских советов. Это значит, что именно крестьянские советы и волостные земельные комитеты должны проводить положения Декрета у себя в деревне, а не ждать особенных указаний от центрального правительства.

Большевики говорили крестьянству: совершилось то, о чём вы мечтали много лет. Земля ваша. Организовывайте её и управляйте.

«…Вся власть в государстве, — ещё и ещё раз повторяет Ленин, — перешла отныне всецело в руки Совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов… Советы крестьянских депутатов, в первую голову уездные, затем губернские, являются отныне и впредь до Учредительного собрания полномочными, верховными органами государственной власти на местах. Помещичья собственность на землю Вторым всероссийским съездом советов отменена. Указ о земле издан уже теперешним временным рабочим и крестьянским правительством. На основании этого указа все помещичьи земли полностью и целиком поступают в руки советов крестьянских депутатов. Волостные земельные комитеты должны тотчас же брать все помещичьи земли в своё распоряжение, под строжайший учёт, охраняя полный порядок, охраняя строжайше бывшее помещичье имущество, которое отныне стало общественным достоянием и которое поэтому сам народ должен охранять… В свою очередь, рабочие полностью, всецело и всемерно поддержат крестьян, наладят производство машин и орудий и со своей стороны просят крестьян помочь подвозом хлеба».

Эти ленинские слова направляли и дополняли все усилия партии большевиков к тому, чтобы с помощью ясных и не вызывающих сомнений декретов и указов о земле, близких и понятных всем крестьянам, помочь им быстро понять, насколько радикально изменились земельные отношения, помочь им стать хозяевами земли, помочь в создании того союза рабочего класса с крестьянством, высшим выражением которого и являлась диктатура пролетариата.

9 ноября (н.ст.), т.е. через две недели после Октября, из печати выходит брошюра «Как обманули народ социалисты-революционеры, и что дало народу новое правительство большевиков». В предисловии к этой брошюре Ленин, в частности, писал:

«…Крестьянству России предстоит теперь взять судьбы страны в свои руки. Победа рабочей революции в обеих столицах и в громадном большинстве местностей России обеспечила крестьянам возможность взять в свои руки устройство земельных распорядков. Крестьяне ещё не всё поняли, но скоро поймут, что их Советы Крестьянских Депутатов и есть настоящая, доподлинная, верховная государственная власть…

Нет сомнения, что крестьяне очень скоро поймут, что их спасение от ужасов войны и от гнёта помещиков и капиталистов требует союза крестьянства не с богатыми, а с трудящимися городов, с фабрично-заводскими рабочими в первую голову».

Так, двумя штрихами Ленин показал всю классовую, политическую и экономическую суть одного из самых важных документов новой эпохи.

Рабочий контроль

Третьим по значению декретом советской власти Ленин называет Декрет о рабочем контроле. Вопросу рабочего контроля большевики уделяют исключительное внимание. За месяц до Октября В.И. Ленин пишет статью «Удержат ли большевики государственную власть». На что он нацеливает в этой статье партию и рабочий класс?

«Главная трудность пролетарской революции есть осуществление во всенародном масштабе точнейшего и добросовестнейшего учёта и контроля, рабочего контроля за производством и распределением продуктов…

Когда мы говорим: «рабочий контроль», ставя этот лозунг всегда рядом с диктатурой пролетариата, всегда вслед за ней, то мы разъясняем этим, о каком государстве идёт речь. Государство есть орган господства класса. Какого? Если буржуазии, то это и есть кадетско-корниловски-керенская государственность, от которой рабочему народу в России «корнилится и керится» вот уже больше полгода. Если пролетариата, если речь идёт о пролетарском государстве, т.е. о диктатуре пролетариата, то рабочий контроль может стать всенародным, всеобъемлющим, вездесущим, точнейшим и добросовестнейшим учётом производства и распределения… В этом главная трудность, в этом главная задача пролетарской, т.е. социалистической революции. Без советов эта задача, по крайней мере, для России, была бы неразрешима. Советы намечают ту организационную работу пролетариата, которая может решить задачу всемирно-исторической важности»[10].

По вопросу о рабочем контроле, который был первым практическим шагом по управлению рабочим классом всей своей промышленностью, 15 ноября был принят проект декрета,  написанный Лениным и утверждённый Совнаркомом[11].

Проектом определялись основные цели и задачи рабочего контроля. Преамбула законопроекта гласила:

«В целях государственного регулирования и контроля промышленности, сельского хозяйства, средств сношений и пр., организуется Временный Всероссийский совет народного хозяйства… В состав Временного ВСНХ входят в количестве 2/3 представители от Исполнительного Комитета Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, от всероссийских профсоюзов и фабзавкомов; остальную 1/3 составляет цензовая группа, как то: общество фабрикантов и заводчиков, союзы инженеров, техников и мастеров… Временный ВСНХ имеет право производить секвестр, реквизицию и конфискацию частных предприятий и имуществ. Все распоряжения Временного ВСНХ исполняются всеми частными лицами и общественными  и государственными органами в соответствующий обстоятельствам срок; виновные в нарушении этого пункта караются конфискацией всего имущества и заключением в тюрьме сроком до 5-ти лет. Соучастие в этом преступлении карается заключением в тюрьме до 3-х лет».

Далее в проекте закона шла его конкретизация, т.е. собственно «Положение о рабочем контроле». Вот его основные моменты:

  1.  В интересах планомерного регулирования народного хозяйства во всех промышленных, торговых, банковых, сельскохозяйственных, транспортных, кооперативных, производительных товариществах и пр. предприятиях, имеющих наёмных рабочих или же дающих работу на дом, вводится рабочий контроль над производством, куплей и продажей продуктов и сырых материалов, хранением их, а также над финансовой стороной предприятия.
  2. Рабочий контроль осуществляют все рабочие данного предприятия через свои выборные учреждения, как-то: заводские, фабричные комитеты, советы старост и т.п., причём в состав этих учреждений входят представители от служащих и от технического персонала.
  3. Временный ВСНХ выделяет из своей среды организованные им отделы: по топливу, по транспорту, металлу, демобилизации и проч….
  4. Каждый отдел имеет в числе соответствующих комиссий комиссию по контролю исключительно из рабочих представителей…
  5. При высших органах рабочего контроля учреждаются комиссии специалистов-ревизоров, которые посылаются как по инициативе этих органов, так и по требованию низших органов рабочего контроля — для обследования финансовой и технической стороны предприятия.
  6. Органы рабочего контроля имеют право наблюдения за производством, имеют право устанавливать нормы выработки предприятия и принимать меры к выяснению себестоимости производимых продуктов.
  7. Органы рабочего контроля имеют право контроля всей деловой переписки предприятия, причём за сокрытие корреспонденции владельцы ответственны по суду. Коммерческая тайна отменяется. Владельцы обязаны предъявлять органам рабочего контроля все книги и отчёты как за текущий год, так и за прошлые отчётные годы.
  8. Решения органов рабочего контроля обязательны для владельцев предприятий и могут быть отменены лишь постановлением высших органов рабочего контроля…
  9. Во всех предприятиях владельцы и представители рабочих и служащих, выбранные для осуществления рабочего контроля, объявляются ответственными перед государством за строжайший порядок, дисциплину и охрану имущества. Виновные в сокрытии материалов, продуктов, заказов и в неправильном ведении отчётов и т.п. злоупотреблениях подлежат уголовной ответственности…
  10. Все законы и циркуляры, стесняющие деятельность фабричных, заводских и других комитетов и советов рабочих и служащих, отменяются.

Именем Правительства Российской Республики:

Председатель СНК Вл. Ульянов (Н. Ленин)».

Видим, что Декрет давал в руки рабочих и других трудящихся действительные рычаги управления производством. Так, органам рабочего контроля было предоставлено право вникать и тщательно обследовать всю финансовую и техническую стороны того или иного предприятия. Видим, что решительно вводилось рабочее право (и обязанность, прежде всего – обязанность!) наблюдать за всем производством и распределением продуктов, выяснять их действительную стоимость (с той целью, чтобы как можно большая часть прибавочного продукта доставалась рабочим и их государству), устанавливать нормы выработки, которыми бы рабочие не доводились до обмороков, или наоборот – чтобы предприятие не было бы саботажнически недогружено.

Рабочие контролёры получили полный доступ к конторе – к плановой, бухгалтерской и финансово-экономической службам, к счетам, кассовым книгам, авизовкам, сальдовкам, росписям расходов и поступлений, балансовым журналам и т.д. Под рабочий контроль попадала вся тайная коммерческая переписка хозяев производства, а это означало, что рабочие фактически перехватывали такую переписку и вели её, исходя из своих производственных интересов. Владелец предприятия был обязан предъявлять органам рабочего контроля все гроссбухи, накладные и чековые книжки как за текущий год, так (обратите внимание на этот момент!) и за прошлые отчётные годы. Этим приёмом часто опровергались заявления капиталистов-саботажников о том, что у них для дальнейшей работы завода или фабрики нет сырья, запасов, запчастей и т.п., а также наглядно, с цифрами и фактами, показывалось рабочим, как беспощадно их эксплуатировал тот или иной хозяин до революции.

Ясно, что установление полного рабочего контроля над производством, о котором Ленин решительно заявил ещё 7 ноября в Петроградском совете, вызвало ожесточённое сопротивление предпринимателей, особенно директоров и членов правлений крупных и крупнейших акционерных и иностранных компаний.

Такое сопротивление буржуазии понятно и в особом объяснении не нуждается: рабочий класс вырывал у них из рук смысл, суть и основу их существования и господства – средства производства, а значит и прибыль.

Поэтому неудивительно, что среди декретов ноября – декабря 1917 г. имеется немало постановлений Советской власти, резко и решительно реагирующих на сопротивление капиталистов установлению рабочего контроля. Так, например, были изданы декреты СНК о конфискации имущества акционерного общества Сергинско-Уфалейского горного округа (см. фотографию), АО Кыштымского горного округа, аэропланного завода «Анатра» (70% французского капитала) в Симферополе, Невьянского завода и ряда других предприятий, чьи хозяева и администрация отказывались выполнять требования Декрета о рабочем контроле.

Декрет Совета народных комиссаров от 07.11.1917 г. о конфискации всего имущества АО Сергинско-Уфалейского Горного Округа. Подписан за Председателя СНК И. Сталиным

Позднее, уже в январе 1918 г., подверглось конфискации по Декрету всё имущество харьковского завода «Гельферих Саде» за то, что правление этого завода самовольно закрыло завод и, оставив главную квартиру заводоуправления в Харькове, сбежало к Каледину в Ростов-на-Дону. (Это тот самый завод земледельческих машин «Гельферих Саде», рабочие которого в ноябре-декабре 1905 г. под руководством Артёма и других большевиков устроили царизму настоящую городскую войну. При этом для подавления рабочих дружин завода, как и на Пресне в Москве, понадобилась полевая артиллерия и пулемёты. Заводоуправление, цеха и баррикады были расстреляны из трёхдюймовых пушек.)

17 января подверглась конфискации Ростокинская красильно-аппретурная фабрика. Причина: категорический отказ владельца этой фабрики продолжать производство, несмотря на то, что сырьевые и топливные склады фабрики были полны, а оборудование вполне исправно. Хозяин фабрики был предупреждён, что за саботаж и сопротивление рабочему контролю его не только накажут в уголовном порядке, но и конфискуют предприятие, но он решил, что это шуточки. Советская власть быстро показала, что никаких шуток не будет: фабрика была национализирована, а буржуй получил 1,5 года тюрьмы.

Объявления финансового совета при Совете рабочих, солдатских и крестьянских депутатов «Об образовании Единого банка Российской республики (Госбанка)»

Становится понятным, что Декрет о рабочем контроле и последовавшие за ним хозяйственные декреты — о национализации банков, о конфискациях и наказаниях за саботаж – имели крупнейшее политическое значение. Эти декреты двинули миллионные массы рабочих и крестьян под руководством партии большевиков на коренную ломку капиталистических производственных отношений, которую нужно было проводить твёрдо и решительно. В ответ на сопротивление имущих классов началась фаза настоящей военной атаки на капитал, о которой Ленин говорил так:

«Нас часто упрекали лакеи буржуазии в том, что мы вели «красногвардейскую» атаку на капитал. Упрёк нелепый, достойный именно лакеев денежного мешка. Ибо «красногвардейская» атака на капитал в своё время предписывалась обстоятельствами безусловно… Военное сопротивление нельзя сломать иначе, как военными средствами…»[12].

Таким образом, Декрет о рабочем контроле в условиях молодой диктатуры пролетариата стал мощным оружием классовой борьбы в деле овладения производством и создания своих собственных кадров по управлению всей советской промышленностью. Без такого овладения и кадров построение социализма было немыслимо.

Национальная политика

Говоря о победе Октября, Сталин характеризует её как наступление эры господства ленинизма и III Интернационала. Что это означало? Это означало, среди прочего, что национальная политика Советской власти, которая начала проводиться с первых дней революции, была большевистской, ленинской политикой. Смотрите сами: ещё в Декрете о мире большевики с предельной ясностью выразили своё отношение ко всевозможным захватам чужих земель и насилиям над волей всех народов.

Первым декретом большевиков, которым устанавливались основные положения ленинской национальной политики, была написанная Сталиным Декларация прав народов России[13], опубликованная 15 ноября 1917 г. Этот документ, вышедший за подписями Ленина и Сталина, гласил:

«Октябрьская революция рабочих и крестьян началась под общим знаменем раскрепощения. Раскрепощаются крестьяне от власти помещиков, ибо нет больше помещичьей собственности на землю – она упразднена. Раскрепощаются солдаты и матросы от власти самодержавных генералов, ибо генералы будут отныне выборными и сменяемыми. Раскрепощаются рабочие от капризов и произвола капиталистов, ибо отныне будет установлен контроль рабочих над заводами и фабриками. Всё живое и жизнеспособное раскрепощается от ненавистных оков.

В эпоху царизма народы России систематически натравливались друг на друга. Результаты такой политики известны: резня и погромы, с одной стороны, рабство народов – с другой.

Этой позорной политике натравливания нет и не должно быть возврата. Отныне она должна быть заменена политикой добровольного и честного союза народов России.

В период империализма, после Февральской революции, когда власть перешла в руки кадетской буржуазии, неприкрытая политика натравливания уступила место политике трусливого недоверия к народам России, политике придирок и провокаций, прикрывающейся словесными заявлениями о «свободе» и «равенстве» народов. Результаты такой политики известны: усиление национальной вражды, подрыв взаимного доверия.

Этой недостойной политике лжи и недоверия, придирок и  провокаций должен быть положен конец. Отныне она должна быть заменена открытой и честной политикой, ведущей к полному взаимному доверию народов России. Только в результате такого союза могут быть спаяны рабочие и крестьяне народов России в одну революционную силу, способную устоять против всяких покушений со стороны империалистстко-аннексионистской буржуазии.

Исходя из этих положений, Первый съезд советов в июне этого года провозгласил право народов на свободное самоопределение.

Второй съезд советов в октябре этого года подтвердил это неотъемлемое право народов России более решительно и определённо.

Исполняя волю этих съездов, Совет Народных Комиссаров решил положить в основу своей деятельности по вопросу о национальностях России следующие начала:

1) Равенство и суверенность народов России.

2) Право народов России на свободное самоопределение вплоть до отделения и образования самостоятельного государства.

3) Отмена всех и всяких национальных и национально-религиозных привилегий и ограничений.

4) Свободное развитие национальных меньшинств и этнографических групп, населяющих территорию России».

Эти четыре пункта  кратко и ёмко формулировали основы ленинской национальной политики, которые были одними из величайших завоеваний пролетарской диктатуры. Открывалась новая эра, когда

«старое буржуазное понимание принципа самоопределения с лозунгом “Вся власть национальной буржуазии” было разоблачено и отброшено самим ходом революции. Социалистическое понимание самоопределения с лозунгом “Вся власть трудовым массам угнетённых национальностей” получило все права и возможности применения»[14].

***

Продолжением и конкретизацией Декларации прав народов России стал ещё один документ начального периода Советской власти – Обращение к трудящимся мусульманам России и Востока от 20 ноября (3 декабря) 1917 г. Обращение было принято на заседании СНК 20 ноября, опубликовано в «Правде» № 196 за 22.11.1917 г. и размножено в нескольких миллионах экземпляров на языках мусульман России и остального Востока (на арабском, азербайджанском, татарском, урду, фарси и т.д.). Этот документ[15], подписанный наркомнацем Сталиным и председателем СНК Лениным, ставил национальный вопрос в международном масштабе и давал пример того, каким языком должны были говорить компартии стран-угнетательниц и как эти партии должны были действовать по отношению к трудящимся колониальных и полуколониальных стран.

Документ чрезвычайно важный для сегодняшнего дня, так как хорошо показывает, политикой какого класса вызван национальный раздор, войны народов, «терроризм», национализм и черносотенство в России и республиках бывшего СССР. Поэтому приведём Декларацию целиком (с некоторыми купюрами, никак не влияющими на её суть).

«Ко всем трудящимся мусульманам России и Востока.

Товарищи! Братья!

Великие события происходят в России. Близится конец кровавой войне, начатой из-за дележа чужих стран. Падает господство хищников, поработивших народы мира. Под ударами русской революции трещит старое здание кабалы и рабства. Мир произвола и угнетения доживает последние дни.

Рождается новый мир, мир трудящихся и освобождающихся. Во главе этой революции стоит рабочее и крестьянское правительство России, Совет Народных Комиссаров.

Вся Россия усеяна революционными советами Рабочих, Солдатских и Крестьянских депутатов. Власть в стране в руках народа. Трудовой народ России горит одним желанием – добиться честного мира и помочь угнетённым народам мира завоевать себе свободу.

В этом деле… Россия не одинока. Великий клич освобождения… подхватывается всеми трудящимися Запада и Востока… Рабочие и солдаты Запада уже собираются под знамя социализма… А далёкая Индия, та самая, которую веками угнетали «просвещённые» хищники Европы, подняла уже знамя восстания, организуя свои Советы Депутатов, сбрасывая с плеч ненавистное рабство, призывая народы Востока к борьбе и освобождению…

Перед лицом этих великих событий мы обращаемся к вам, трудящиеся и обездоленные мусульмане России и Востока. Мусульмане России, татары Поволжья и Крыма, киргизы и сарты Сибири и Туркестана, турки и татары Закавказья, чеченцы и горцы Кавказа, все те, мечети и молельни которых разрушались, верования и обычаи которых попирались царями и угнетателями России.

Отныне ваши верования и обычаи, ваши национальные и культурные учреждения объявляются свободными и неприкосновенными. Устраивайте свою национальную жизнь свободно и беспрепятственно. Вы имеете право на это. Знайте, что ваши права, как и права всех народов России, охраняются всей мощью революции и её органов, советов Рабочих, Солдатских и Крестьянских Депутатов.

Поддерживайте же эту революцию и её полномочное правительство.

Мусульмане Востока, персы и турки, арабы и индусы, все те, головами и имуществом которых, свободой и родиной которых сотни лет торговали алчные хищники Европы, все те, страны которых хотят поделить начавшие войну грабители. Мы заявляем, что тайные договоры свергнутого царя о захвате Константинополя, подтверждённые свергнутым Керенским, ныне порваны и уничтожены. Республика Российская и её правительство… против захвата чужих земель. Константинополь должен остаться в руках мусульман.

Мы заявляем, что договор о разделе Персии порван и уничтожен. Как только прекратятся военные действия, войска будут выведены из Персии и персам будет обеспечено право свободного определения своей судьбы.

Мы заявляем, что договор о разделе Турции и «отнятии» у неё Армении порван и уничтожен. Как только прекратятся военные действия, армянам будет обеспечено право свободно определить свою политическую судьбу.

Не от России и её революционного правительства ждёт вас порабощение, а от хищников европейского империализма, от тех, которые ведут нынешнюю войну из-за дележа ваших стран, от тех, которые превратили вашу родину в расхищаемую и обираемую свою колонию.

Свергайте же этих хищников и поработителей ваших стран. Теперь, когда война и разруха расшатывают устои старого мира, когда весь мир пылает негодованием против империалистов-захватчиков, когда всякая искра возмущения превращается в мощное пламя революции, когда даже индийские мусульмане, загнанные и замученные чужеземным игом, подымают восстание против своих поработителей, теперь молчать нельзя. Не теряйте же времени и сбрасывайте с плеч вековых захватчиков ваших земель… Вы сами должны быть хозяевами вашей страны. Вы сами должны устроить свою жизнь по образу своему и подобию. Вы имеете на это право, ибо ваша судьба в ваших собственных руках…

Товарищи! Братья!

Твёрдо и решительно идём мы к честному демократическому миру. На наших знамёнах несём мы освобождение угнетённым народам мира… На этом пути обновления мира мы ждём от вас сочувствия и поддержки.

Народный комиссар по национальным делам Джугашвили-Сталин.

Председатель Совета Народных Комиссаров В. Ульянов (Ленин)».

В дальнейшем, за все годы сталинского СССР, Cоветская власть неизменно осуществляла на практике те принципы национальной политики, которые были провозглашены Декларацией по национальному вопросу.

***

Особенно много спекуляций буржуазия, националисты и современные троцкисты разводят по поводу ленинского принципа самоопределения наций применительно к Украине. Да, Совет Народных Комиссаров в своём Манифесте к украинскому народу (от 04.12.1917 г. № 262) предъявляет мелкобуржуазной Украинской раде ультиматум, но вместе с тем ещё раз подчёркивает, что украинский народ имеет полное право на самоопределение, которое признаётся за всеми нациями, которые угнетались царизмом и великорусской буржуазией – вплоть до права этих наций отделиться от России и жить самостоятельно.

Расчёт нынешних националистов и троцкистов делается на то, что наши рабочие на Украине и в России в вопросе о самоопределении наций толком не разбирались и «украинского» Манифеста большевиков не читали. Для всего дела скорейшего революционного объединения и дружбы трудящихся Украины и России будет полезно этот пробел устранить.

17 декабря 1917 г. комиссией наркомнаца в СНК был представлен проект Манифеста к украинскому народу[16] с ультимативными требованиями к Центральной раде. В свою очередь, понимая, что украинский вопрос – один из важнейших, Ленин значительно редактирует проект наркомнаца и пишет на его основе свой проект Манифеста[17].

В это же время Центральная рада занимала всё более и более контрреволюционную позицию и категорически отказывалась признать Советское правительство. Объявив себя верховным органом «Украинской народной республики», Рада встала на путь открытой борьбы с диктатурой пролетариата, поддерживая генерала Каледина и других белогвардейских генералов и атаманов на Дону и на востоке Украины.

Враждебные действия Рады были предметом обсуждения на заседании СНК 19 ноября (2 декабря) 1917 г. Тогда же СНК поручил Сталину созвать особую комиссию, которая должна была всесторонне выяснить положение дел в Киеве, Харькове и других местах Украины, переговорить с представителями Рады и Советов по телефону, выдвинуть кандидата на пост уполномоченного от СНК для поездки на Украину и т.д.

Украинский вопрос вновь обсуждался в правительстве 2 и 3 декабря. На заседании 3 декабря было решено выпустить особый меморандум украинскому народу и послать Раде ультиматум. Именно для этого меморандума комиссия наркомнаца разработала свой проект, который – с правкой Ленина – был положен в основу Манифеста. На вечернем заседании СНК 3 декабря ультиматум был утверждён.

Вот его текст:

«Исходя из интересов единства и братского союза рабочих и трудящихся, эксплуатируемых масс в борьбе за социализм, исходя из признания этих принципов… решениями органов революционной демократии, Советов… социалистическое правительство России, Совет Народных Комиссаров ещё раз подтверждает право на самоопределение за всеми нациями, которые угнетались царизмом… и буржуазией, вплоть до права этих наций отделиться от России.

Поэтому мы, Совет Народных Комиссаров, признаём Народную Украинскую Республику, её право совершенно отделиться от России или вступить в договор с Российской Республикой о федеративных или тому подобных взаимоотношениях между ними.

Всё, что касается национальных прав и национальной независимости украинского народа, признаётся нами, СНК, тотчас же, без ограничений и безусловно.

Против Финляндской буржуазной республики, которая остаётся пока буржуазной, мы не сделали ни одного шага в смысле ограничения национальных прав и национальной независимости финского народа и не сделаем никаких шагов, ограничивающих национальную независимость какой бы то ни было нации из числа входящих и желающих входить в состав Российской Республики.

Но мы обвиняем Раду в том, что, прикрываясь национальными фразами, она ведёт двусмысленную буржуазную политику, которая давно уже выражается в непризнании Радой Советов и Советской власти на Украине (между прочим, Рада отказывается созвать, по требованию Советов Украины, краевой съезд украинских Советов немедленно). Эта двусмысленная политика, лишающая нас возможности признать Раду, как полномочного представителя трудящихся и эксплуатируемых масс Украинской Республики, довела Раду в самое последнее время до шагов, означающих уничтожение всякой возможности соглашения.

Такими шагами явились, во-первых, дезорганизация фронта. Рада перемещает и отзывает односторонними приказами украинские части с фронта, разрушая таким образом единый общий фронт до размежевания, осуществимого лишь путём организованного соглашения правительств обеих республик.

Во-вторых, Рада приступила к разоружению советских войск, находящихся на Украине.

В-третьих, Рада оказывает поддержку кадетско-калединскому заговору и восстанию против Советской власти. Ссылаясь заведомо ложно на автономные будто бы права «Дона и Кубани», прикрывая этим калединские контрреволюционные выступления, идущие вразрез с интересами и требованиями громадного большинства трудового казачества, Рада пропускает через свою территорию войска к Каледину, отказываясь пропускать войска против Каледина.

Становясь на этот путь неслыханной измены революции, на путь поддержки злейших врагов как национальной независимости народов России, так и Советской власти, врагов трудящейся и эксплуатируемой массы, — кадетов и калединцев, Рада вынудила бы нас объявить, без всяких колебаний, войну ей, даже если бы она была уже вполне формально признанным и бесспорным органом высшей государственной власти независимой буржуазной республики Украины.

В настоящее же время, ввиду всех вышеизложенных обстоятельств, Совет Народных Комиссаров ставит Раде, перед лицом народов Украинской и Российской Республик, следующие вопросы:

  1. Обязуется ли Рада отказаться от попыток дезорганизации общего фронта?
  2. Обязуется ли Рада не пропускать впредь без согласия Верховного главнокомандующего никаких войсковых частей, направляющихся на Дон, на Урал или в другие места?
  3. Обязуется ли Рада оказывать содействие революционным войскам в деле их борьбы с контрреволюционным кадетско-калединским восстанием?
  4. Обязуется ли Рада прекратить все свои попытки разоружения советских полков и рабочей Красной гвардии на Украине и возвратить немедленно оружие тем, у кого оно было отнято?

В случае неполучения удовлетворительного ответа на эти вопросы в течение 48 часов Совет Народных Комиссаров будет считать Раду в состоянии открытой войны против Советской власти в России и на Украине.

Совет Народных Комиссаров

4 декабря 1917 г. № 262»[18].

Ясно видим, что Советская власть никак не посягала на национальные права и интересы народа Украины. При этом большевики понимали эти права и интересы – именно как интересы украинского рабочего класса и трудового крестьянства, т.е. абсолютного большинства народа, а не как интересы его крохотной части — национальной буржуазии Украины.

Но национальные интересы рабочих и всех трудящихся масс не могут идти в отрыве от классовых интересов пролетариата. Наоборот, лишь революционное достижение, реализация классовых интересов рабочих и трудящихся крестьян могло обеспечить настоящий разворот, рост и расцвет национальной украинской культуры и языка.

С другой стороны, революционный класс в своей борьбе с капиталом един, в нём не может быть никаких национальных перегородок, которыми царизм и буржуазия разделяли и разделяют рабочих на национальные отряды, ослабляя, таким образом, их общую силу. Об этом и говорил СНК, обращаясь ко всем украинским трудящимся, заявляя одновременно Раде, что он намерен решительно бороться за освобождение не только российских, но и украинских рабочих и крестьян от буржуазного ига и всякой контрреволюции.

Рада пошла на переговоры с Советской властью, но только для видимости и с целью потянуть время, необходимое для концентрации контрреволюционных сил на Дону и Кубани. В конечном итоге, дав на требование СНК скользкий и уклончивый ответ, Рада полностью сорвала мирные переговоры и фактически не признала Советскую власть. Она, таким образом, открыто пошла против украинского народа и была разгромлена. Ничего иного и быть не могло (и не будет в скором будущем).

***

27 ноября в Гельсингфорсе (совр. Хельсинки) на съезде финляндской социал-демократической партии выступил Сталин. Он сделал заявление о том, что признание за финским народом прав на самоопределение будет подтверждено Советом Народных Комиссаров на деле и будет проведено в жизнь без колебаний в полном согласии с национальной политикой советской власти. На основе текста этого сталинского заявления был выработан Декрет о государственной независимости Финляндии[19], принятый СНК 18 декабря 1917 г. и утверждённый ВЦИК 22 декабря. Этим Декретом СНК постановлял признать государственную независимость Финляндской республики и организовать по согласованию с финляндским правительством особую комиссию из представителей обеих сторон для разработки тех практических мероприятий, которые вытекают из отделения Финляндии от России.

***

29 декабря 1917 г. на заседании СНК был принят Декрет о «Турецкой Армении»[20], написанный Лениным и Сталиным. Документ объявлял армянскому народу, что рабочее и крестьянское правительство России поддерживает право армян оккупированной Россией «Турецкой Армении» на свободное самоопределение вплоть до полной независимости. Декретом, среди прочего, предусматривалось создание народной милиции, возврат на родину насильно выселенных и беженцев, а также

«образование Временного народного правления «Турецкой Армении» в виде Совета депутатов армянского народа, избранного на демократических началах».

Одновременно с выходом Декрета было опубликовано и большевистское разъяснение к нему. В этом разъяснении Сталин писал:

«Сыны Армении, героические защитники своей родины, но далеко не дальновидные её политики, не раз поддававшиеся обману со стороны хищников империалистической дипломатии, не могут теперь не видеть, что старый путь дипломатических комбинаций не есть путь освобождения Армении. Становится явным, что путь освобождения угнетённых народов лежит через рабочую революцию, начатую в России в Октябре. Теперь ясно для всех, что судьбы народов России, особенно же судьбы армянского народа, тесно связаны с судьбами Октябрьской революции»[21].

***

Эти первые основные декреты советской власти по национальному вопросу ещё сильнее связывали в единый союз рабочих и крестьян национальных окраин, задавленных царизмом и буржуазией, с рабочими и крестьянами России, поддерживали в них веру в торжество социализма, поднимали на борьбу за общее освобождение и революцию. Трудовые массы многочисленных народов и национальностей России постепенно на деле убеждались, что единственной силой, которая в состоянии помочь в их борьбе за фактическое освобождение от гнёта и власти буржуазии, «своей» и чужой, является рабочий класс, который уже осуществлял свою диктатуру под руководством партии большевиков.

Борьба с внутренней контрреволюцией

Свергнутые революцией эксплуататорские классы оказывали диктатуре пролетариата отчаянное и ожесточённое сопротивление. Это сопротивление в первые месяцы советской республики чаще всего выражалось в форме заговоров, саботажа, срыва производства, игнорирования указов и декретов. По сути дела, почти сразу же после Октября партия кадетов становится настоящим штабом гражданской войны, которую буржуазия и монархисты разворачивали против власти рабочих и крестьян.

«Кадеты, — говорил Ленин на заседании ВЦИК 14 декабря 1917 г., — прикрываясь формально демократическим лозунгом, лозунгом Учредительного собрания, на деле открывают гражданскую войну».

Что же происходило? Кадеты, пробравшись в Таврический дворец, попытались самочинно открыть заседание Учредительного собрания. Когда номер не прошёл, они организовали контрреволюционную демонстрацию. Тогда СНК ответил на этот демарш Декретом «Об аресте вождей гражданской войны против революции»[22]. Декрет был предложен В.И. Лениным  и принят на заседании СНК 28 ноября (11 декабря) 1917 г. Во ВЦИКе этот декрет обсуждался 1 декабря в связи с протестом левых эсеров против арестов братьев по классу – кадетов. Тем не менее, декрет был одобрен и принят большинством голосов. Текст документа гласил:

«Члены руководящих учреждений партии кадетов как партии врагов народа подлежат аресту и суду революционных трибуналов.

На местные советы возлагается обязательство особого надзора за партией кадетов в виду её связи с корниловско-калединской гражданской войной против революции».

***

В тот же день, 28 ноября 1917 г., Совет Народных Комиссаров обратился с правительственным сообщением «Ко всем трудящимся и эксплуатируемым»[23]. В сообщении подробно говорилось о заговорах Корнилова, Каледина и Дутова, которых вся буржуазия поддерживает деньгами, продуктами, оружием и военным имуществом, о кровавых столкновениях революционных отрядов Красной гвардии с войсками заговорщиков, о попытке использовать Учредительное собрание в контрреволюционных интересах кадетов – партии буржуазии.

Доводя до сведения рабочего класса и всех трудящихся о заговоре кадетов и мятежах, СНК сообщал, что

«…несколько десятков лиц, назвавших себя депутатами… ворвались вечером 28 ноября в сопровождении вооружённых белогвардейцев, юнкеров и нескольких тысяч буржуа и саботажников-чиновников в здание Таврического дворца. Задача кадетской партии состояла в том, чтобы создать якобы «законное» прикрытие для кадетско-калединского контрреволюционного восстания. Голос нескольких десятков буржуазных делегатов они хотели представить, как голос Учредительного собрания».

СНК предупреждал, что складывается ситуация, когда

«…все завоевания народа, и в том числе – близкий мир, поставлены на карту… Малейшая нерешительность или слабость народа может закончиться крушением Советов, крушением дела мира, гибелью земельной реформы, новым всевластием помещиков и капиталистов».

И поэтому

«…В полном сознании огромной ответственности, которая ложится на Советскую власть за судьбы народа и революции, СНК объявляет кадетскую партию, как организацию контрреволюционного мятежа, партией врагов народа (выдел. – ред. РП).

СНК обязуется не слагать оружия в борьбе против кадетской партии и её калединских войск. Политические вожди контрреволюционной гражданской войны будут арестованы. Буржуазный мятеж будет подавлен, чего бы это ни стоило…

Долой буржуазию! Врагам народа, помещикам и капиталистам не должно быть места в Учредительном собрании. Спасти страну может только Учредительное собрание, состоящее из представителей трудовых и эксплуатируемых классов народа…».

Учитывая тот факт, что контрреволюция на местах всё больше поднимает голову, Совет Народных Комиссаров издаёт несколько декретов, обращённых к трудящимся казакам, местным советам, к флоту. В декретах правительство требует самых решительных мероприятий по укреплению новой власти на местах.

***

Наряду с разъяснением создавшейся опасной обстановки гражданской войны и организацией масс на борьбу с буржуазией и её генералами, СНК продолжает в ряде декретов давать рабочим и крестьянам максимально ясные представления о той политике, которую вели и предполагают вести большевики.

Особой темой были средства широкой информации. 27 октября 1917 г. вышел ленинский «Декрет о печати»[24]. Декрет был направлен против буржуазной и контрреволюционной прессы, которая воспользовалась свободой для того, чтобы «отравлять умы и вносить смуту в сознание масс». Декрет указывал, что

«…буржуазная пресса есть одно из могущественнейших оружий буржуазии. Особенно в критический момент, когда новая власть, власть рабочих и крестьян только упрочивается, невозможно было целиком оставить это оружие в руках врага в то время, как оно не менее опасно в такие минуты, чем бомбы и пулемёты. Вот почему и были приняты временные и экстренные меры пресечения потока грязи и клеветы, в которых охотно потопила бы молодую победу народа жёлтая и зелёная пресса».

Когда же в конце ноября эсеры начали возмущаться «ущемлением свободы слова», Ленин отмёл все обвинения в узурпаторстве:

«Мы и раньше заявляли, что закроем буржуазные газеты, если возьмём власть в свои руки. Терпеть существование этих газет – значит перестать быть социалистом».

***

Огромную роль по существу и по своему пропагандистскому значению сыграл Декрет «Об уничтожении сословий и гражданских чинов»[25], написанный Лениным и Свердловым и вышедший 11 (24) ноября 1917 г. Декрет произвёл переворот во всех представлениях о сословной иерархии и юридически закрепил фактическое разрушение революцией всей чиновно-сословной лестницы старого общества. Этим декретом были упразднены все существовавшие в России сословия и сословные деления граждан, все сословные привилегии для «цвета общества» и ограничения для «чёрного люда», всякие звания (дворянина, купца, мещанина, крестьянина и пр.), всякие феодальные титулы «высоких особ» (княжеские, графские и пр.). Отменялись гражданские чины (коллежские регистраторы, действительные, тайные и иные советники и пр.). Декретом устанавливалось только одно звание для всех – гражданин Российской республики.

***

Борясь с контрреволюцией на всех фронтах и укрепляя советскую власть, большевики неустанно разъясняли и совершенствовали основы советской демократии. В этой связи Ленин обращал особое внимание на право трудящихся на отзыв своих депутатов из советов. Так, в Декрете «О праве отзыва делегатов»[26], написанном собственноручно и опубликованном ВЦИКом, Владимир Ильич разъяснял:

«Какое бы то ни было выборное учреждение или собрание представителей может считаться истинно демократическим и действительно представляющим волю народа только при условии признания и применения права отзыва избирателями своих выборных. Это основное, принципиальное положение истинного демократизма, относясь ко всем без исключения собраниям представителей, относится также и к Учредительному собранию».

Защищая проект этого декрета во ВЦИКе, Ленин указывал, что

«вопрос о перевыборах —  это вопрос действительного осуществления демократического начала».

***

С первых же дней Октября было необходимо ломать государственную машину эксплуататорских классов – орган господства и насилия, заменяя его аппаратом диктатуры пролетариата. Сильным ударом по террористическим органам буржуазии был Декрет Советской власти «О суде»[27]. Этим декретом был ликвидирован институт мировых судей и заменён институтом местных судей, избираемых на основании прямых выборов, а до организации таковых выборов назначаемых советами и их исполкомами.

Этим же декретом были упразднены институты судебных следователей, прокурорского надзора, а равно и буржуазные институты присяжной и частной адвокатуры. В качестве обвинителей и защитников декрет допускал всех неопороченных граждан обоего пола, пользующихся гражданскими правами. Суды, таким образом, постепенно начинали проводить политику победивших трудовых классов, а не волю и юридические «заказы» буржуазии.

Важнейшей частью судебного Декрета был п. 8, который ясно показывал, какого накала достигла классовая борьба в обществе и, по сути, предвосхищал необходимость особой Чрезвычайно комиссии по борьбе с контрреволюцией, спекуляцией и саботажем:

«…Для борьбы против контрреволюционных сил в видах принятия мер ограждения от них революции и её завоеваний, а равно для решения дел о борьбе с мародёрством и хищничеством, саботажем и прочими злоупотреблениями торговцев, промышленников, чиновников и прочих лиц, учреждаются рабочие и крестьянские революционные трибуналы в составе одного председателя и шести очередных заседателей, избираемых губернскими или городскими Советами рабочих, солдатских и крестьянских депутатов.

Для производства же по этим делам предварительного следствия при тех же Советах образуются особые следственные комиссии…».

Таким образом, на белый террор буржуазии диктатура пролетариата была вынуждена ответить красным террором.

***

Конфискуя средства производства и имущество буржуазии, вскрывая её банковские сейфы и передавая все средства на балансы Советов, арестовывая буржуазных саботажников и организаторов гражданской войны, лишая буржуазию её привилегий, чинов, званий, вселяя в её дворцы и особняки рабочих, городскую и сельскую бедноту, Советская власть ввела также и трудовую повинность для тех, кто до сих пор считал, что право трудиться является «привилегией» только низших классов. Рядом декретов о трудовой повинности был установлен крепкий институт обязательности труда для всех, что ещё больше взбесило буржуазию и её агентуру, раскололо её и обозначило непримиримую часть, которая уповала на внешнюю помощь и готовилась продолжать войну против народа в самых острых формах. Чем закончилась для «непримиримых» эта война – известно.

Заключение

В статье «К четырёхлетней годовщине Октябрьской революции» Ленин указывал, что

«…непосредственной и ближайшей задачей революции в России была задача буржуазно-демократическая: свергнуть остатки средневековья, снести их до конца, очистить Россию от этого варварства, от этого позора, от этого величайшего тормоза всякой культуры и всякого прогресса в нашей стране».

Ленин замечает, что за каких-нибудь 10 недель, от 7 ноября до разгона Учредилки, большевики очистили эти «авгиевы конюшни» в тысячу раз лучше, чем это сделали за 8 месяцев своей власти кадеты, эсеры и меньшевики. Большевики проделали эту чистку от средневековья

«…гораздо решительнее, быстрее, смелее, успешнее, шире и глубже с точки зрения воздействия на массы народа, на толщу его, чем Великая французская революция свыше 125 лет тому назад».

Однако главная задача Октября была в другом. Чистка от средневекового самодержавия была хотя и обязательным, но попутным, побочным продуктом социалистической, пролетарской революции. Ленин пишет:

«…Чтобы закрепить за народами России завоевания буржуазно-демократической революции, мы должны были продвинуться дальше, и мы продвинулись дальше».

В 1917 г. происходило перерастание буржуазно-демократической революции в социалистическую. Это перерастание не было гладким. Оно шло в процессе ожесточённой классовой борьбы, измен и предательства внутри партии (Зиновьев, Каменев, Шляпников и т.п.). Были и неудачи.

«…Ещё бы обойтись без неудач и ошибок в таком новом, для всей мировой истории новом деле, как создание невиданного ещё  типа государственного устройства»[28].

Дело в том, что большевикам детально и подробно учиться было не у кого. Миллионы рабочих и крестьян только выходили в большую политику, только начинали заниматься пролетарской демократией. Но большевики под руководством Ленина, ещё в 1915 г. указавшего на возможность (при неравномерном развитии капитализма) победы социализма в одной стране, вели трудящихся вперёд, к построению социалистического общества.

Позже, подводя итоги первой пятилетки, которая проводилась на путях пролетарской диктатуры, основы которой были заложены в первые дни и месяцы Октября, от первого Декрета о мире, Сталин замечал:

«Итоги пятилетки показали, что вполне возможно построить в одной стране социалистическое общество, ибо экономический фундамент такого общества уже построен в СССР. Эти итоги уже показывали советскому народу и всему миру, как далеко продвинулся СССР на пути от первых декретов Октября… Предлагая мир в 1917 году, мы были беззащитной, беспомощной в военном отношении страной, а сейчас мы стали передовой индустриальной державой, готовой ко всяким случайностям, страной, способной производить в массовом масштабе все современные орудия обороны и снабдить ими свою армию в случае нападения извне».

Советская власть начала новую хозяйственную жизнь с Декрета о земле с его уравнительным землепользованием, но уже к 1933 году на основе мощного развёртывания индустрии и завершения социалистической революции на селе в СССР был прочно установлен колхозный строй, строй крупного обобществленного сельхозпроизводства.

Овладение промышленностью началось с рабочего контроля на предприятиях. А уже к концу первой пятилетки рабочий класс не только восстановил промышленность и полностью овладел ею, но и полностью реконструировал ее, выдвинул страну из аграрно-сырьевых в первую тройку индустриально-развитых держав мира. При этом капиталистические элементы были вытеснены из промышленности окончательно и бесповоротно, а социалистическая промышленность стала единственной формой индустрии в СССР.

Большевики, завоевав власть, начали с Декларации прав народов России, а к 1936 г. СССР, в котором проводилась ленинская национальная политика, национальная по форме и социалистическая по содержанию, стал мощным и неразрывным союзом многочисленных народов, которые были освобождены от эксплуатации и строили бесклассовое социалистическое общество.

Советская власть начала со свержения капиталистов и помещиков, а к 1934 году в стране был ликвидирован последний эксплуататорский класс сельской буржуазии – кулачество и добивались остатки всех разгромленных имущих классов.

Большевики начинали с терпеливого и постоянного разъяснения трудящимся России сути и значения Советской власти. К концу первой пятилетки Советская Россия превратилась, по выражению Сталина, в ударную бригаду мировой пролетарской революции. Это означало, что правоту Советской власти поняли и признали рабочие и большинство трудящихся во всём мире.

Ленин не раз говорил, что большевизм – это не чисто русское явление и не «сектантство». Большевизм – явление мировое, он – образец для всех рабочих всех стран. Поэтому первые декреты Октября, превращение революции буржуазно-демократической в революцию социалистическую являлись образцом для всех братских компартий, входивших в Коминтерн.

Декреты Советской власти не потеряли своего значения и сегодня, не потеряют они своей роли и завтра, так как дают пример последовательного, доходчивого и убедительного проведения политики рабочего класса в первые, самые трудные дни становления новой социалистической власти.

Подготовил М. Иванов      

[1] Ленин, ПСС, т. 27, стр. 255-256.

[2] Декреты Советской власти. Том 1. 25 октября 1917 г. – 16 марта 1918 г. М.: Госполитиздат, 1957 г., стр. 8-9.

[3] Декреты Советской власти. Том 1, стр. 12-16.

[4] «Борьба классов», № 11, 1933 г., стр. 19.

[5] См. подробнее: Сборник договоров России с другими государствами (1856-1917). М.: Государственное издательство политической литературы, 1952 г., стр. 12-16, 303-454.

[6] Декреты Советской власти. Том 1, стр. 17-20.

[7] Ленин, ПСС, т. 22, стр. 20.

[8] Там же, стр. 90.

[9] Ленин, ПСС, т. 22, стр. 49.

[10] Ленин, ПСС, т. 21, стр. 259-260.

[11] Декреты Советской власти. Том 1, стр. 78-85.

[12] Ленин, ПСС, т. 22, стр. 145.

[13] Декреты Октябрьской революции. Правительственные акты, подписанные или утверждённые Лениным как председателем Совнаркома. Ч.1. «От Октябрьского переворота до роспуска Учредительного собрания». Под ред. М. Орахелашвили и В. Сорина. ИМЭЛ. М.: Партиздат, 1933 г., стр. 68-72.

[14] И. Сталин. Об Октябрьской революции, стр. 7.

[15] Декреты Советской власти. Том 1, стр. 113-115.

[16] Декреты Советской власти. Том 1, стр. 174-176.

[17] Там же, стр. 176-178.

[18] Декреты Советской власти. Том 1, стр. 178-179.

[19] Там же, стр. 250.

[20] Там же, стр. 298-299.

[21] Декреты Октябрьской революции. Правительственные акты, подписанные или утверждённые Лениным как председателем Совнаркома. Ч.1.  «От Октябрьского переворота до роспуска Учредительного собрания», стр. 110-111.

[22] Декреты Советской власти. Том 1, стр. 161-163.

[23] ЦГАОР, ф. 130, оп. 1, д. 20, л. 43-44.

[24] Декреты Советской власти. Том 1, стр. 24-25.

[25] Там же, стр. 71-72.

[26] Там же, стр. 115-120.

[27] Там же, стр. 124-126.

[28] Ленин, ПСС, т. 27, стр. 27.

(Всего просмотров: 10, за день: 1)
Источник

Добавить комментарий