Анатолий Несмиян (EL_MURID), 11.03.2019

Выбор редакции
🇨🇳 Причины и следствия
Вчерашняя пресс-конференция Гуайдо, на которой присутствовал и инженер-энергетик, фактически поставила точку в вопросе причин техногенной катастрофы в стране – как системных, так и непосредственных, приведших к крупнейшей в истории страны аварии.

Суть произошедшего до банальности проста: сама топология энергосистемы Венесуэлы крайне уязвима. 80% генерируемой энергии электростанции Эль-Гури (которая производит тоже 80% всей электроэнергии страны, но при этом находится на юго-западе страны в удалении от основных потребителей) поставляется в населенные районы по трем основным линиям напряжением в 750 кВ через сельву пояса Ориноко. Именно на этом участке в результате пожара под одной из линий сработала система защиты, отключившая эту линию. Неграмотные действия диспетчеров привели к тому, что на оставшихся двух линиях возник скачок, который отключил и их, а заодно и генераторы на электростанции. Новые неверные решения (по сути, сведенные к отключениям систем защиты) окончательно обрушили систему. Первые сутки аварии прошли в попытках подключить энергосистему по альтернативным маршрутам (не имеющих достаточных резервов по пропускной способности) не ликвидировав аварию на основной линии, вследствие чего система постоянно падала, а перегрузки в итоге привели к взрывам на подстанциях.

Image-1-1

Кстати, внешнее злонамеренное воздействие мифических хакеров исключено по определению – система управления линиями передачи, которые и запустили процесс блэкаута – аналоговая. Там просто не к чему подключать интернет, подобная функция отсутствует. Весь искусственный интеллект на реле и транзисторах. Уже поэтому разговоры про внешнее воздействие очевидно нелепы. Впрочем, для потребителей тележвачки вполне сойдет.

К сегодняшнему утру Венесуэла запитана примерно на 28 процентов доаварийных мощностей. Энергия подается преимущественно в три крупных населенных региона, остальные либо вообще отключены, либо крайне ограничены в поставках энергии.

Image-1-3

Потери страны катастрофические. Во-первых, это конечно, человеческие жертвы – в первую очередь, в медицинских учреждениях, где больные попросту не получают необходимую помощь. Во-вторых, произошли каскадные катастрофы на предприятиях – энергия пропала во время выплавки алюминия, вследствие чего часть плавильных печей выведены из строя – навсегда либо надолго. Ресурсов провести ремонт нет. Ввиду отказа насосов произошли разливы нефти из скважин, ущерб оценить сложно, так как детальной информации нет. На складах фактически пришли в негодность огромные количества скоропортящихся запасов продовольствия, что в нынешней катастрофической обстановке лишь усугубляет происходящее. Резко возросла криминальная активность – люди начинают грабить магазины.

Даже если в течение этой недели сама авария в энергосистеме будет ликвидирована, последствия катастрофы носят очень значительный характер, при этом страна уже точно входит в режим дефицита электроэнергии на достаточно долгий период – восстановление разрушенных подсистем займет время, а ресурс на восстановление крайне ограничен. Речь может идти о суммах порядка миллиарда долларов и более, которых у Венесуэлы сейчас попросту нет. Проблем с генерацией нет – проблема в доставке и распределении энергии, разрушения коснулись этого участка.

Безусловно, случившееся снова ставит вопрос о неспособности режима контролировать обстановку в стране. Венесуэла на грани коллапса, что вызывает крайнюю обеспокоенность всех соседей – в адрес Гуайдо начинают звучать вполне жесткие предупреждения о необходимости в кратчайшие сроки провести переход власти, в противном случае соседние страны будут принимать самостоятельные решения.

🇨🇳 Митинг на Сахарова

В Москве вчера прошла протестная акция против закона Клишаса, вводящего новые ограничения в интернете. Акция полезная, но совершенно бессмысленная. Закон Клишаса, как обычно – это два в одном: ужесточение законодательства и очередная попытка фашизации страны плюс необходимость выделения бюджетных ассигнований на реализацию этого закона и, соответственно, распределение этих средств по людям и структурам, которые, собственно, и инициировали этот закон. Клишас с соавторами-подельниками лишь дали ему свои имена.

D1THTKiWoAAHlbK

В реальности люди решают свои бизнес-вопросы, и это в определенном смысле дает надежду на то, что сам по себе закон закончится на стадии разворовывания выделенных под него денег. После чего будут придумывать еще что-то, чтобы разворовать новые деньги. Фашизм в нашей стране не может быть построен просто потому, что воры неспособны к такой деятельности. Любая идеократическая модель подразумевает ответственность за несоответствие требованиям идеи – в том числе и со стороны самой элиты. К ней, понятно, выдвигаются более мягкие требования, но и ответственность у нее всегда одна – так называемый налог кровью, отличительная черта любой аристократии. Воры согласны с тем, чтобы вводить фашизм для населения, но сами совершенно не готовы к своей доле ответственности. Поэтому ничего толкового в клептократическом государстве построить невозможно – его тоже разворуют, причем на стадии выделения средств на строительство. Люди, начавшие свои карьеры в “молодой демократической России” с того, что обворовали навылет Петербург, в масштабах страны ведут себя точно так же – они просто не умеют по иному. И набранная по их калькам “элита” государства, собранная в основном из элиты преступного мира и аффилированных с нею бизнес-чиновников, точно так же неспособна мыслить в иных категориях.

Это, кстати, и есть хорошая новость – закон изначально не предусматривался, как работающий, поэтому к свободе и ее ограничениям он не имеет почти никакого отношения. В диких архаичных деспотиях преступление слабо связано с наказанием – как правило, вначале принимается решение о наказании, а затем под него верстается соответствующее обвинение. Того же Кунгурова, к примеру, посадили примерно по той же схеме: не нашли бы у него в текстах что-либо про ИГИЛ, обвинили бы в негуманном отношении к животным. И точно такой же эксперт выдал бы суду исчерпывающее заключение, из которого следовал неизбежный обвинительный приговор. Кстати, уже появился ёрнический вопрос по поводу закона Клишаса – является ли приветственный возглас “Христос воскресе!” подпадающим под действие закона в качестве распространения фейковой новости? Строго говоря, является – так что качество этого закона явно ниже плинтуса.Именно поэтому сам вчерашний протест не имеет смысла, хотя и полезен как некое мероприятие на свежем воздухе.

Реальные проблемы страны заключаются не в ограничениях свободы, а в самом характере управляющего страной режима. Он в принципе нереформируем, недоговороспособен, недееспособен. Всё происходящее со страной – лишь следствие его существования. Ключевой вопрос любых изменений в стране – полная перезагрузка системы и переход на принципиально иную операционную систему. Должна быть изменена базовая этика – понятия о добре и зле, о возможном, желаемом и недопустимом. Должен быть дан ответ на основной вопрос – благо для всех или благо для избранных, причем в четкой, ясной и исключающей двусмысленности трактовке. И вот только на базе этой новой (а точнее, нормальной, и уж точно не нынешней уголовной) этики можно будет начинать строить страну заново. Хотя, конечно, и с невероятно низких позиций – тридцатилетие беспощадного грабежа придется восполнять не меньший срок.

По сути, если выходить на улицу – то начинать нужно с этих требований. Все остальные носят крайне производный характер, а потому и неопасны для режима. Будь во вчерашнем митинге хотя бы намек на угрозу, власть бы костьми легла, запрещая его.

🇨🇳 Венесуэла. Текущая обстановка

По меркам 21 века происходящее в Венесуэле – чудовищная дикость, однако объективно всё это является следствием процессов, которые были инициированы еще при Чавесе, а с приходом к власти Мадуро нынешний коллапс стал неизбежным. Для нас ситуация в этой стране крайне показательна, так как несмотря на очевидные отличия есть и много крайне схожих черт. Главная из которых – откровенно мафиозный режим управления страной, исповедующий лишь одну базовую цель и задачу – обогащение правящей верхушки через перераспределение созданного ранее. Никакого развития – все проедается навылет.

Венесуэла показательна для нас тем, что будучи существенно меньшим субъектом, она проходит тот же путь, по которому идем мы, более быстро. Фактически Мадуро убил страну за пять лет быстрее, чем то же самое делает Путин последние двацать лет. Разница в размерах, ресурсах и существующем запасе прочности, созданном поколениями до Путина дает ему возможность растаскивать страну существенно большее время. Однако сам по себе процесс деградации и последующего завершения существования этих самоедских и тупиковых в эволюционном смысле режимов вполне сопоставим.

Сейчас в Венесуэле восстановлено около 20% энергоснабжения, однако уже начинается третья волна обвала:

D1UAcTNXQAIeAzj

Он не такой, как предыдущие два, но пока оптимизма нет ни у кого. Гуайдо сегодня провел пресс-конференцию (по местному времени это рано утром), в которой принимали участие врач и инженер-энергетик. Врач сообщил, что за время блэкаута только в одной университетской больнице Маракайбо по крайней мере 80 новорожденных умерли из-за невозможности подключения к системам жизнеобеспечения. Еще 15 пациентов и тоже только в одной больнице умерли от невозможности проведения процедур диализа.

Image-1-1

Инженер-энергетик достаточно развернуто объяснил причины произошедшего в течение последних трех дней. Основная причина – передача энергетической отрасли страны под управление военных еще с 2013 года. Более 80% работающих трансформаторов по стране выработали все ресурсы. Отрасль хронически недофинансирована – потребители практически не платят за электроэнергию в связи со сложной системой дотаций, которые перестали поступать из бюджета. Некомплект инженерного состава составляет примерно 70%, низовые звенья – до 40%. Нехватку рабочих восполняют солдатами, но их квалификация ниже любой критики.

Ситуация характеризуется одним словом – распад. Безусловно, Мадуро крайне заинтересован в том, чтобы списать произошедшее на внешнего врага и диверсии. Строго говоря, исключать и такую возможность неправильно – любая версия пока должна рассматриваться наравне с другими, однако вероятность самостоятельного обвала отрасли при таких предварительных показателях существенно выше любых злонамеренных действий со стороны. Катастрофа в Венесуэле произошла уже давно, то, что творится сейчас – ее развитие, и только.

Гуайдо заявил, что поставит перед парламентом вопрос о введении в стране чрезвычайного положения, однако в ситуации двоевластия эта мера, скорее, всего, не сработает. Не стоит забывать, что за Гуайдо по большому счету нет никого и ничего – структурно он не обеспечен. Нет команды, ресурсов, есть лишь массовая поддержка, но этого недостаточно – любую массовую поддержку нужно конвертировать в политический результат, иначе она теряет смысл. Оргструктуры и есть тот инструмент, позволяющий создавать механизмы конвертации и достижения результата. Для Мадуро это, впрочем, слабое утешение – иностранная интервенция пока отложена лишь потому, что соседи Венесуэлы хотят, чтобы передача власти была проведена самими венесуэльцами. Как только Гуайдо провалится и даже слабая надежда на внутренние механизмы разрешения кризиса угаснет, вероятность интервенции резко возрастет – в конце концов, другого способа защититься от “продуктов распада” у них не останется. Кстати, по этой же причине Гуайдо пока не арестован и не убит – Мадуро отчетливо понимает расклады и прекрасно осознает, что только наличие Гуайдо и надежды на него удерживает соседние страны от вооруженного вторжения.

D1T-ogfX4AI0pwD

Возвращаясь к энергоколлапсу, можно сказать, что восстановить полностью снабжение не удастся – разрушены несколько важных подсистем энергосистемы, сама она сильно изношена. Видимо, в каком-то обозримом будущем удастся восстановить энергоснабжение крупных городов и основных промышленных объектов, но малые города и сельская местность надолго перейдут на веерные подключения. Называется величина в 70 процентов от прежней мощности, которую можно подать потребителям на оставшихся возможностях. Остальные нужно восстанавливать, хотя у страны на это ресурсов попросту нет. Сейчас в Каракас поданы 40% мощностей, в Миранду и Антигуа – примерно по 20%, остальные регионы запитаны от 0 до 10 процентов обычной мощности.

(Всего просмотров: 30, за день: 1)
Источник

Добавить комментарий