Эрнесто Че Гевара. Год вооруженной борьбы – вторая часть. Письмо руководства Движения “26 июля” (из книги “Эпизоды революционной войны”)

Выбор редакции

Эпизоды революционной войны

Предыдущая часть   Начало

Когда Филипе Пасос, воспользовавшись на совещании в Майами именем “Движения 26 июля”, захватил для прогнившей кубинской олигархии все важные посты, включая и пост временного президента, все истинно революционные борцы дружно поднялись против этих действий и выступили с поддержкой письма Фиделя, которое он направил в организации, боровшиеся против Батисты. Ниже полностью приводится этот исторический документ. Письмо датировано 14 декабря 1957 года и размножено от руки Селией Санчес, поскольку в то время у нас не было других средств для размножения материалов.
Куба, 14 декабря 1957 г.

Руководителям:
Революционной партии
Партии кубинского народа
Организации аутентиков
Университетской Федерации студентов “Революционного директората”
“Революционному рабочему директорату”

Моральный и патриотический долг, а также долг перед историей обязывает меня обратиться к: вам с этим письмом. Причиной для этого послужили события и обстоятельства, которые сильно затрудняли наши действия в последние недели и которые были самыми трудными и напряжёнными за весь период со дня нашего прибытия на Кубу. В среду, 20 ноября, в день, когда наши войска всего за каких-нибудь шесть часов провели три боя – а это уже говорит о том, что наши бойцы самоотверженно сражаются, не щадя своей жизни, да к тому же без всякой поддержки со стороны других организаций, – в нашей зоне боевых действий было получено удивившее нас сообщение и документ, который содержит как уже известные, так и до сих пор остававшиеся неизвестными положения так называемого Пакта о единстве, подписанного в Майами представителями “Движения 26 июля” и организаций, к которым я обращаюсь. По иронии судьбы мы получили этот документ в тот момент, когда ждали столь необходимой для нас военной помощи, поскольку войска тирании перешли к самым решительным боевым действиям против повстанцев. В наших условиях борьбы очень трудно связаться с товарищами, находящимися в других местах. Тем не менее, мы были вынуждены в самый разгар боевых действий собрать руководителей нашей организации, чтобы обсудить этот документ, так как под сомнение поставлен не только наш престиж, но и сама историческая роль событий 26 июля.

Тем, кто сражался против врага, обладавшего громадным превосходством в людях и оружии; тем, кого в течение целого года поддерживало лишь высокое сознание долга – честно бороться за действительно святое дело, с готовностью умереть за него, в то время как их соотечественники, располагающие всеми средствами для оказания помощи сражающимся, систематически, чтобы не сказать преступно, отказывают им в этой помощи; тем, кто каждый день является свидетелем самопожертвования, проявляющегося в самой чистой и бескомпромиссной форме, кому столько раз приходилось переживать боль утраты, видеть гибель своих лучших товарищей и не знать, кто падёт следующей жертвой в новых сражениях и не доживёт до победы, за которую он боролся с таким упорством, не требуя никакой другой награды и другого утешения, кроме надежды на то, что его самопожертвование не пропало даром, – всем этим товарищам трудно поверить в факт подписания Пакта в Майами, которому преднамеренно была придана широкая огласка. Участники подписания Пакта не проявили ни малейшей деликатности и не сочли нужным проконсультироваться у своих руководителей или посоветоваться с рядовыми бойцами. Сообщение о подписании Пакта глубоко огорчает нас и вызывает всеобщее возмущение.

Плохие поступки всегда приводят к ещё худшим последствиям. Об этом никогда не следует забывать тем, кто считает себя способным выполнить такую трудную задачу, как свержение тирании, и ещё более трудную задачу – преобразование страны после победы революции.

“Движение 26 июля” не посылало никакой делегации и никого не уполномочивало вести эти переговоры. Однако наша организация, может быть, и пошла бы на такой шаг, если бы всё было обсуждено заранее и делегация получила бы конкретные инструкции, на основании которых она могла бы вести переговоры по вопросам, имеющим важное значение для нас как в будущем, так и в настоящем. Вместо этого наши сведения об отношениях с некоторыми из этих организаций ограничены докладом товарища Лестера Родригеса, которого мы делегировали за границу для решения военных вопросов. Товарищ Лестер Родригес говорил нам следующее: “Что касается Прио и представителей “Директората”, то у меня было с ними несколько встреч, касавшихся исключительно вопроса координации военных планов, чтобы добиться создания Временного правительства, поддерживаемого и уважаемого всеми тремя организациями. Разумеется, я предложил принять принципы, изложенные в письме, полученном из Сьерра-Маэстры. В нём говорилось о том, что это правительство должно быть образовано в соответствии с волей политических сил страны. Это привело к первым осложнениям. Когда началась всеобщая стачка, мы провели экстренное совещание. Я предложил немедленно использовать все наличные силы и средства и попытаться разом решить кубинскую проблему. Прио ответил, что он не располагает достаточными силами и средствами, которые позволили бы одержать победу, и что было бы безумием принять моё предложение. На это я ответил, что пусть он даст мне знать, когда всё будет готово, чтобы можно было “сниматься с якоря”; тогда мы смогли бы поговорить о возможных пактах. А сейчас, между прочим, пусть он будет настолько любезен, чтобы не мешать работать мне и тем самостоятельным силам “Движения 26 июля”, которые я представляю. Я твёрдо убежден, что прийти к взаимопониманию с этими господами невозможно, и считаю, что следует воздерживаться от этого и в будущем, поскольку в самый тяжелый для Кубы момент они отказались помочь ей, сославшись на недостаток в силах и средствах, хотя в действительности располагали ими в большом количестве, и, зная об этом, нельзя не возмущаться…” Этот доклад, который говорит сам за себя, подтвердил наши подозрения; мы не могли ждать никакой помощи извне.

Если бы организации, которые вы представляете, действительно хотели обсудить с некоторыми участниками нашего движения основные принципы возможного единства действий, то они ни в коем случае не должны были обнародовать их как уже согласованные, не уведомив об этом Национальное руководство “Движения 26 июля” и не получив его согласия; тем более что основные принципы этого Пакта совершенно отличаются от тех, которые изложены нами в Манифесте Сьерра-Маэстры. Действовать так – значит работать только ради рекламы и мошеннически прикрываться при этом именем нашей организации.

Произошел, мягко выражаясь, из ряда вон выходящий случай: в момент, когда Национальное руководство “Движения”, работающее со своим штабом в трудных условиях подполья на Кубе, готовится с самого начала выступить против основных положений Пакта, которые публично и в частных беседах предлагались в качестве основы для достижения соглашения о единстве действий, оно узнает от некоторых представителей подпольных организаций и из иностранной прессы о том, что эти самые положения пронизывают всё содержание опубликованного Пакта. Таким образом, это руководство было поставлено перед свершившимся фактом и перед ним встала дилемма: либо отказаться от этого Пакта, понимая, что это вызовет замешательство и нанесёт ущерб моральному духу борцов, либо принять его, даже не высказав при этом своей точки зрения. И как можно было ожидать в таких случаях, копия этого документа пришла к нам в Сьерра-Маэстру только через несколько дней после его опубликования.

В такой сложной и противоречивой обстановке Национальное руководство “Движения 26 июля”, прежде чем начать публичное разоблачение вышеуказанных соглашений, заявило вам о том, что хунта должна разработать ряд положений, которые отразили бы основные принципы, изложенные в Манифесте Сьерра-Маэстры. Одновременно оно информировало вас и о том, что на территории, контролируемой Повстанческой армией, было созвано совещание, на котором члены руководства высказали своё мнение и выработали резолюцию, составляющую основу данного письма.

Естественно, что всякое соглашение о единстве в силу необходимости должно быть положительно встречено как национальным, так и международным общественным мнением. Это объясняется, в частности, тем, что за границей истинное соотношение политических и революционных сил, противостоящих Батисте, неизвестно, а на самой Кубе слово “единство” приобрело большую популярность в дни, когда соотношение сил было совершенно иным, чем сейчас; это ещё объясняется и тем, что единение всех сил, начиная от самых активных и кончая самыми пассивными, всегда является положительным фактором.

Но для революции важно не единство само по себе, а принципы, положенные в его основу, та форма, в которой оно осуществляется, и те патриотические идеи, которые его вдохновляют.

Принять решение в пользу соглашения о единстве на условиях, которые мы даже не обсуждали, согласиться, чтобы это соглашение подписали люди, которые на это не уполномочены, без всяких церемоний провозгласить единство из какого-нибудь уютного города, расположенного за пределами нашей страны, и тем самым поставить руководство “Движения 26 июля” перед необходимостью противостоять общественному мнению, обманутому мошенническим пактом, – все это представляет собой гнусную ловушку. Нельзя допустить, чтобы в эту ловушку попалась по-настоящему революционная организация. Это обман общественного мнения страны, обман мирового общественного мнения.

Такое положение оказалось возможным лишь потому, что, в то время как руководители всех остальных организаций, принимавшие участие в подписании этого Пакта, находятся за границей и совершают воображаемую революцию, руководители “Движения 26 июля” находятся на Кубе и сражаются за реальную революцию. Возможно, эти строки и лишние, но и пусть будет так. Я бы не стал писать об этом, если бы не чувство обиды и горечи, которое мы испытываем, когда видим, как вы пытаетесь навязать “Движению” этот Пакт, хотя и понимаем, что процедурные разногласия никогда не должны служить препятствием к решению основной проблемы. Несмотря на все, мы приняли бы этот Пакт, учитывая отдельные положительные мероприятия, намечаемые хунтой, и ту помощь, которую она предлагает, если бы у нас не было возражений по ряду принципиальных вопросов.

Продолжение

Помочь проекту

Добавить комментарий